Великая Отечественная война в письмах

В эту книгу вошли письма о Великой Отечественной войне публиковавшиеся в «Правде» с 23 июня 1941 года по 1980 год включительно. Некоторые из них даются с незначительными сокращениями; часть писем восстановлена по оригиналу.

b_104_160_16777215_00_images_Innokentevka_война_в_письмах_Война_в_письмах.jpgРасположены письма по тематическим рубрикам.  Заголовки большинства писем и краткие комментарии к ним даны составителем книги, редактором «Правды» по отделу писем В.Г. Гришиным.

С пожелтевших страниц «Правды» военных лет предстают картины яростных боев. В какой бы трудной ситуации ни оказался советский солдат, он не терял духа. Любовь к Родине придавала ему сил, заряжала волю, давала ему в часы роковых испытаний необходимую нравственную стойкость.

Ефрем Федорович Пилайка (г. Могилев) пишет: «На берегу Днепра, на месте жестокого боя за деревню Щежерь, в гильзе артиллерийского снаряда найдена книга Николая Островского «Как закалялась сталь». На последнем листе книги сделана надпись: «Нас  4 пехотинца – русский Федор Незванов, украинец Никита Пилипенко, мордвин Василий Ерюмкин, казах Юсупов. Умрем – не отступим. Родина нас не забудет. Смерть Гитлеру!» 

Письма, дневники, листовки военных лет, посмертные записки, найденных в гильзах, ветхие солдатские треугольники со штемпелями полевой почты, фотографии. Вырезки из газет… Какое в них богатство чувств и мыслей! Собранные воедино, они воссоздают страницы недавнего героического прошлого, уже ставшего историей. Историей, которая не стареет от времени и всегда остается живой в памяти народной.

 

b_113_150_16777215_00_images_Innokentevka_война_в_письмах_Фото_войны_1.jpg22 июня, 4 часа утра…

В июне 1941ггода в составе 42-й стрелковой дивизии я нес действительную службу в Бресте. В 4 часа утра 22 июня на спящий город обрушился ураган артиллерийского огня. Люди убегали из домов в нательном белье.

Командир дивизии  выделил несколько автомашин для вывоза к железной дороге женщин с детьми…  Вагоны были забиты до отказа.  И вдруг на поезд посыпались бомбы. Пламя охватило весь эшелон. Те, кто успел выскочить из вагонов, побежали в поле. Их тут же настигли  вражеские самолеты и с бреющего полета расстреливали пулеметными очередями… (П. Нянченко, Правда, 1981, 22 июня)

 

b_120_160_16777215_00_images_Innokentevka_война_в_письмах_Фото_войны_4.jpgВ первый день войны

После жестокого боя  в западноукраинский городок Соколь ворвались фашисты… С грохотом танк приближался к разрушенному зданию пограничной комендатуры, в подвале которого были укрыты женщины и дети.

И вот навстречу бронированному чудовищу выбежал объятый пламенем человек. Сорвав с себя смоченным бензином халат, кинул его на решетку моторного люка, а сам пылающим факелом бросился под танк. Раздался взрыв. Гитлеровцы повернули назад…

Это произошло в первый день войны, около девяти часов утра 22 июня. (Я. Бранько, Правда, 1980, 22 июня)

 

b_128_170_16777215_00_images_Innokentevka_война_в_письмах_Фото_войны_2.jpgМы помним

Утро…  Оно было таким, какими бывают летние рассветы в Полесье: тихим, безоблачным. И вдруг появился странный звук. Первыми услышали его собаки. Подняли лай, разбудили людей. Что это? Танки? Вряд ли. Им не добраться к селу по сплошным топям и болотам. А, может автомобили?

Догадка вскоре подтвердилась. В первую от леса хату влетел пастушонок и, едва переведя дыхание, выпалил:   Близко. На двух машинах. Одна какая-то странная, вроде автолавки.   

Тревожная новость с быстротой молнии разнеслась по селу. Почему с автолавкой? Торговать? На гитлеровцев это не похоже. Грабить – вот это дело.

Да, пастушок был прав. У сельсовета действительно остановилась автолавка. Выложив товар, гитлеровцы велели людям собираться. Это, мол, германское командование, узнав, что население лесных сел нуждаются в товарах, прислало им подарки.

С наступлением темноты «торговцы» собрали свои пожитки. Не знали копышанцы, что приговор их селу, как и многим другим, связанным партизанами, был вынесен давно.

Утром они увидели, что село окружено. В воздухе с ревом проносились фашистские стервятники. «Людоньки, ратуйте!»  - неслось со двора к двору. Плач, крики и автоматные очереди смешались воедино. Фашисты спешили. Хватали всех подряд – стариков, детей, заталкивали в сараи и поджигали. Охваченные пламенем, люди выскакивали из огня, метались по пожарищам и падали, сраженные автоматными очередями.

Мария Бондарчук очнулась в дыму. Горел сухой потолок, дымились деревянные стены. Собрав последние силы, Мария поползла. «Скорей, скорей, - полусознательно твердила себе и двигалась к двери. – Ушли, наверное. А если нет?» тогда она вылезла из полыхающего сарая и поползла в огород.

В живых копышанцев осталось немного. Прасковья Комаревич, Марья Бондарчук, Иван Ковальчук и Прися Зиньковец. Четверо.

Ивана Ковальчука бросили в огонь одним из первых: его дом стоял в том месте, откуда фашисты подожгли село. Но Ковальчук выбрался из огня, побежал. Полоснула автоматная очередь. Больно ударила в грудь, Ковальчук побежал дальше. Кубарем скатился в коноплю.

Когда над лесом взошло солнце, оно не узнала опушки. Голая, выгоревшая, почерневшая от дыма земля. Не было кому плакать. В огне и под пулями погибло 2882 человека. Из них 1347 детей. В пепел и в дым превратилось 600 дворов. Об этом помнят и не забывают ни те, кто остался в живых, ни те, кто  поселился здесь после войны. (Н. Горлицкий, Правда. 1968, 14 сентября)

 

b_120_160_16777215_00_images_Innokentevka_война_в_письмах_Фото_войны_3.jpgМаяковский шагал с нами

Летом 1944 года мы освободили крепость Осовец. Бои там были жестокие. В них участвовали танки, самолеты. Не так легко было выбить врага из дотов и подземных железобетонных казематов, преодолеть заполненный  водой ров. Но вот крепость взята, и мы вошли берегам Бебжи – это приток Нарева.

Несколько дней стояли в Осовце. В один из этих дней сержант нашей батареи Кизим вдруг принес книгу, чудом сохранившуюся в полуразрушенном доме. Может, она до войны принадлежала библиотеке советского гарнизона, хотя штампа библиотечного мы нигде не обнаружили. Может, её привез сюда перед войной красноармеец, вернувшийся из отпуска. Впрочем, какое это имеет значение? Важно было только то, что книга уцелела.

b_261_180_16777215_00_images_Innokentevka_война_в_письмах_mayakovskij-izdanie-1941-goda.jpgЭто были избранные сочинения В.Маяковского в одном томе. Книга была выпущена Государственным издательством художественной литературы. Мы обратили внимание на строку: «Подписано к печати 28 января 1941года» она, это строка, напоминала о далеком мирном времени. Но стихи были не мирными – боевыми.

Книга побывала в руках у всех солдат нашего взвода. Читали ее и коллективно. С особым волнением перечитывали мы знакомые со школьной скамьи «Стихи о советском паспорте».

Строки, которые мы знали с детства и много раз повторяли, строки о молотскастом, серпастом советском паспорте звучали теперь по-новому, доходили до каждого советского сердца:

"Читайте, завидуйте,

                             я –

                                   гражданин

                                         Советского Союза."

За долгие боевые дни, в походах и на кратких привалах, солдаты выучили наизусть немало стихов Маяковского. Их повторяли в окопах. Многие строки стали крылатыми, они прочно вошли в нашу речь. Книга дошла с нами до Кенингсберга, мы не расставались с поэтом и в радостные дни Победы. Обложка заметно потемнела, листы пожелтели, но и после войны, когда литературы было мало, нашей фронтовой книгой пользовались школьники…

Вы спросите, сохранилась ли эта книга. Да. Каждый из нас хотел хранить эту реликвию у себя. В конце концов решили поручить мне беречь ее, и вот она передо мной на полке. Каждый раз, перелистывая страницы Маяковского, вспоминаю бои и походы, своих однополчан, их любовь к жизни, к поэзии. Всем нам дороги строки поэта, шагавшего с нами по дорогам войны. (Н.Тишаков, бывший командир взвода, Правда, 1970, 5 февраля)

 

Тубина Л.П., зав. Иннокентьевской библиотекой

 

Добавить комментарий