28 января в читальном зале Николаевской-на-Амуре библиотеки для студентов медицинского колледжа состоялся вечер - реквием «Право на жизнь: хроника Блокадного Ленинграда», посвященный 75 – летию  полного освобождения Ленинграда от фашистской блокады.

 

Опять война. Опять блокада,
-  А может, нам о них забыть?
Я слышу иногда: « Не надо, 
не надо раны бередить»
И не напрасно беспокоюсь,
чтоб не забылась та война:
Ведь эта память – наша совесть,
она, как сила, нам нужна.
b_200_150_16777215_00_images_Chit_zal_хроника_блокадного_Ленинграда_1.jpg b_200_150_16777215_00_images_Chit_zal_хроника_блокадного_Ленинграда_3.jpg b_200_150_16777215_00_images_Chit_zal_хроника_блокадного_Ленинграда_5.jpg

 

Жизнь в период  блокады уже принадлежит  непредвзятой истории. Это потрясение и  боль воспоминаний. Не все хотят знать жестокую правду войны.  Но «кто забывает прошлое, тот обретает возможность пережить  его в настоящем».

Для современных юношей и девушек  события Блокады были не только историей, но и моментом сильного переживания. Нельзя жить только настоящим и будущим, нужно всегда помнить о тех людях, которые прошли муки ада блокадного Ленинграда. Перед студентами открылась панорама из 900 дней голода, холода и смерти.

На город сыпались бомбы. Бомбежка 6 сентября 1941 года унесла  жизни  триста человек. Через два месяца от бомб погибли  уже около полутора тысяч. В первые дни блокады на город сбросили 70 тысяч зажигательных бомб. Зажигательные бомбы тушили,  сбрасывая с крыш железными клещами, палками и другими подручными средствами. Дежурство на крышах было очень тяжелым и опасным. Можно было упасть, заболеть от ледяного ветра, иногда осколки от бомб просто убивали.

Жуткую картину разрухи дополняли  отсутствие воды и освещения. В комнатах была страшная грязь, невероятный холод. Догорели последние свечи, истрачен последний керосин, спят не раздеваясь. Убраться в квартире было не возможно из-за истощения, нехватки воды. Бомбежки превращали дома в руины, горы известки покрывали пол и мебель. Канализация вышла из строя. Отопления не было.

Чувство голода нарастало постепенно. Разборчивость во время еды быстро исчезла. Все время сосало под ложечкой. Все чаще возникали мысли о еде. Они переполняли человека. Ни о чем больше думать не хотелось. Люди забывали о приличиях. Ели жадно, тарелки облизывали до блеска. Трудно было поделиться с родными хлебом и продуктами. Такой была психология голода.

Студенты обратили внимание на презентацию , посвященную Блокаде. Это были не только страшные фотографии разрушенного города, заваленного мертвыми телами, но и воспоминания самих блокадников.

Особо говорилось о том, что ленинградцы всеми силами старались выжить и не дать умереть родному городу. Ленинград помогал армии, выпускал военную продукцию. Заводы продолжали работать. Дети, как могли, помогали взрослым. Все блокадные дни работало радио, работали  некоторые кинотеатры, театр музыкальной комедии. Люди в зале  сидели в пальто, а на сцене артисты в легких костюмных одеждах  давали представление. И это было сродни подвигу.

 Тем, что блокадники не утрачивали человеческие черты, они обязаны и книгам. Работали библиотеки. В них было холодно. Чернила замерзали. Формуляры заполняли карандашом. Была такая радость единения с героями книг. Люди жили чужими приключениями и романами.

Ребята прослушали отрывки из 7 ( Ленинградской) симфонии Шостаковича, которую он написал в блокадном Ленинграде. Познакомились с блокадными стихами поэтессы Ольги Берггольц, пробывшей  в городе на Неве всю блокаду. Узнали о Савичевой Тане, девочке – блокаднице, которая вела страшный дневник – хронику смерти всех своих родных.

В завершении вечера студентом предложили познакомиться с книжной выставкой «Я не сдамся до последнего» -  о ленинградской блокаде. На  стеллаже были представлены  как  документальная литература, так и художественная.   А. Чаковского «Блокада», О. Берггольц «Ленинградская поэма», А. Адамовича, Д. Гранина «Блокадная книга», С. Ярова «Повседневная жизнь блокадного Ленинграда». Особую ценность имел журнал «Нева». -1999.-1, полностью  посвященный Ленинграду блокадному. Он не мог выйти в советское время по цензурным соображениям. Сегодня  эти публикации точно попадают в сердце читателя.

 

Л.И.Ротнер
Главный библиотекарь
читального зала   

 

Добавить комментарий